Новая философская энциклопедия

НЬЯЯ

НЬЯЯ (санскр. nyāya – метод) – философская система Индии, специализировавшаяся преимущественно в контровертивной диалектике, логике и теории познания и оказавшая во многих отношениях определяющее влияние на становление общеиндийских парадигм теоретической рациональности.

Исторические истоки ньяи как систематизации контровертивного дискурса восходят к поздневедийскому периоду, тесно связанному с торжественным ритуалом прений эрудитов-жрецов, а затем жреческих школ ритуаловедов и экзегетов, которые стали разрабатывать специальную дисциплину ведения диспута (vākovākya). В послешраманскую эпоху, когда Индия уже знала профессионалов, умевших доказывать и опровергать любой тезис (см. Локаятики [ЛОКАЯТИКИ]), брахманисты стали выдвигать собственных подготовленных диспутантов, способных к дискуссии с «диссидентами». Сутры Панини (4 в. до н.э.) уже упоминают типичные для ньяи термины, напр., «причина поражения в диспуте» (см. Ниграхастхана [НИГРАХАСТХАНА]), а комментарий Патанджали (2 в. до н.э.) – целые концепции ньяи, такие, как первичность восприятия по отношению к умозаключению или несводимость целого к частям.

В настоящее время считается признанным, что формирование базового текста ньяи заняло не одно столетие. I и V разделы ее сутр, посвященные 16 основным категориальным топикам (см. Падартха [ПАДАРТХА]), в которых детально классифицировались псевдоответы (джати [ДЖАТИ]) и причины поражения в диспуте, относились к наиболее раннему слою, составляя нечто вроде учебника дискуссии, находящего типологические параллели в «Чарака-самхите», тогда как позднее к ним был присоединен материал разделов II–IV, посвященный конкретным проблемам теории познания, онтологии индивида и т.д. Исходя из этого можно предположить, что формирование текста завершилось не ранее 3–4 вв. (см. «Ньяя-сутры»). Указанная датировка правильна, но целесообразнее считать, что составитель сутр создал свое произведение единократно, хотя и пользовался разнородными материалами. Хотя в истории ньяи трудно выделить отдельный период конкурирующих друг с другом школ, составителю сутр все же пришлось унифицировать доктрину, отвергнув, в частности, попытку некоторых авторитетов добавить 5 новых членов в традиционный пятичленный силлогизм (аваява [АВАЯВА]) в виде «познавательной установки», сомнения, «постижения потенциальности», цели и устранения сомнения.

Философской системой-даршаной ньяя, как и другие индийские школы, становится уже после создания нормативного комментария к сутрам. Им стало толкование Ватсьяяны (4–5 вв.), предложившего различать в рамках 16 категориальных топиков два основных – источники знания (прамана [ПРАМАНА]) и предметы знания (прамея [ПРАМЕЯ]) и 14 дополнительных, которые могут быть включены во второй (см. «Ньяя-бхашья»). Комментарий Уддйотакары [УДДЙОТАКАРА] (7 в.) к Ватьсяяне означал окончательное вступление ньяи в эпоху схоластического философствования. Уддйотакара был вынужден отвечать основным соперникам ньяи – Дигнаге и последующим буддийским логикам (Дхармакирти [ДХАРМАКИРТИ] и др.). В качестве своего рода комментария к «Ньяя-сутрам» можно рассматривать и трактат Джаянта Бхатты [ДЖАЯНТА БХАТТА] (9 в.) «Ньяя-манджари», в котором рассматриваются 16 категориальных топиков, источники знания в целом, а также отдельно восприятие, умозаключение, сравнение, словесное свидетельство, а затем предметы знания. Джаянта ведет полемику не только с буддийскими логиками, но и с мимансаками, отстаивая теистическую концепцию (ишвара-вада [ИШВАРА-ВАДА]). Его современник Трилочана исследует проблему нетривиальных перцепций, в частности возможность непосредственного восприятия универсалий. Учеником Трилочаны был философ-энциклопедист Вачаспати Мишра [ВАЧАСПАТИ МИШРА], чей комментарий к Уддйотакаре «Ньяяварттикататпарьятика», содержащий детальную критику буддийских доктрин, фактически завершает многоярусную пирамиду комментаторской экзегезы ньяи.

В «Ньяясаре» (Квинтэссенция ньяи) и автокомментарии к ней «Ньяябхушана» (Украшение ньяи) Бхасарваджни (10 в.) 4 источника знания классической ньяи сокращаются до 3 (за счет сравнения) и предлагается новая интерпретация дополнительных, введенных мимансаками; его последователи в определенном смысле создают новую школу ньяи. Его младшему современнику Удаяне принадлежали две работы: «Атмататтвавивека», содержащая разрушительную критику буддизма, и «Ньяякусуманджали» (Букет ньяи) – исследование рациональной теологии, в котором приводятся доказательства бытия Бога (в первую очередь космологическое) через выявление логических лакун в аргументации антитеистов (прежде всего буддистов и санкхьяиков).

12–13 вв. отмечены попытками создания единой даршаны ньяя-вайшешика [НЬЯЯ-ВАЙШЕШИКА]: найяики этого времени объединяют в своих трактатах эпистемологическо-диалектические категориальные топики ньяи с 6 категориями вайшешики, которые включаются в топик «предметы знания». Один из текстов этого направления – «Таркабхаша» Кешава Мишры (13 в.) – стал предметом 20 комментариев.

С 13 в. начинается и деятельность бенгальской школы логиков «новой ньяи». В трактате Гангеши Упадхьяи «Таттвачинтамани», четыре раздела которого соответствуют четырем источникам знания, рассматривается природа механизма логического вывода – вьяпти [ВЬЯПТИ] (подвергаются критике все предшествующие определения) и природа отрицательных высказываний: небытие трактуется как одно из свойств объекта (краснота – одно свойство, отсутствие красноты – второе), четыре вида небытия (абхава [АБХАВА]) сводятся к двум (нереальное – отсутствие рогов у зайца и реальное – отсутствие у кувшина синего цвета). Его последователь Матхурунатха (17 в.) рассматривал, в частности, отношения особой корреспондентности, существующие, напр., между числом «3» и классом, состоящим из трех предметов.

Специфика философского дискурса ньяи раскрывается в самой системе 16 категориальных топиков и ее интерпретации, особом метафизическом «платонизме» и последовательно реалистической трактовке мира и мировоззренческих проблем.

16 категориальных топиков – источники и предметы знания, сомнение (саншая [САНШАЯ]), «намерение» (прайоджана [ПРАЙОДЖАНА]), пример (дриштанта [ДРИШТАНТА]), доктрины (сиддханта [СИДДХАНТА]), члены силлогизма (аваява [АВАЯВА]), «рефлексия» (тарка [ТАРКА]), «изыскание» (нирная [НИРНАЯ]), диспут (вада [ВАДА]), софистический спор (джалпа [ДЖАЛПА]), эристический спор (витанда [ВИТАНДА]), псевдоаргументы (хетвабхаса [ХЕТВАБХАСА]), словесные ухищрения (чхала [ЧХАЛА]), псевдоответы и причины поражения в дискуссии – составляли с практической точки зрения «куррикулум» подготовки профессионального диспутанта. 7 последних необходимо было изучать для того, чтобы избежать поражения и одержать победу в споре, 9 первых – с целью профессионального овладения методом и предметом философского дискурса. С теоретической точки зрения, которая была сформулирована только начиная с комментаторского периода, они занимают место в особой иерархии онтологических реальностей. У Ватсьяяны 16 топиков идентифицируются как «сущее» (sat), которое, в свою очередь, находится в субординации по отношению к четырем аспектам познавательного процесса – субъекту, средству, объекту и результату познания, соответствующим, т.о., реальности высшей, чем «сущее». В итоге при различении двух уровней и «категориальности», и реальности очерчиваются измерения своеобразной гносеологической онтологии, не имеющей равнозначных параллелей в других индийских философских системах.

«Платонизм» ньяи выражается в признании не только независимого существования универсалий, сущих до вещей, в вещах и после них, но и их непосредственной воспринимаемости «умо-зрением», притом не только их, но и самой их присущности вещам. Найяики, заселившие мироздание онтологически гипостазированными общими понятиями и ингеренциями, последовательно стали рассматривать их как особые вещи, способные, как отдельные вещи, вступать в определенные отношения с др. (в случае с классическим силлогистическим примером «огненность» может находиться в отношении отсутствия с озером и присутствия с очагом). Те же «способности» приписывались самим абстрагированным отношениям (напр., отношению противоположности). С этой точки зрения образ мыслей найяиков – радикальная противоположность буддийскому номинализму.

Реализм ньяи можно охарактеризовать как доверие источникам знания: каждый из них имеет свою «компетенцию» и потому нет основания подвергать сомнению наши инструменты познания: восприятие свидетельствует о реальности внешнего мира, внутреннее чувство – о едином субъекте познания, воления и желания (ньяя наиболее близка из всех индийских систем к персоналистической антропологии), система логических выводов – о Боге как инструментальной причине и архитекторе мира. Поэтому, признавая различные уровни и классы реальности («платонизм» с неизбежностью препятствует представлению об одномерности бытия), ньяя, в отличие от виджнянавадинов и ведантистов, признавая все «права» и за небытием (которое может быть классифицировано), не считает, что эмпирический мир является относительно иллюзорным и абсолютно реальным только по отношению к фантомным проекциям нашего сознания.

Литература:

1. Keith А.В. Indian Logic and Atomism. Oxf., 1921;

2. Rändle H.N. Indian Logic in Early Schools. Oxf., 1930;

3. Chatterjee S. The Nyāya Theory of Knowledge. Calcutta, 1939;

4. DʼAlmeida A. Nyāya Philosophy. Nature and Validity of Knowledge. Alwaye, 1973;

5. Encyclopedia of Indian Philosophies, v. 2. Indian Metaphysics and Epistemology. Nyāya-Vaiśeṣika up to Gan̄geśa, ed. by Κ.Η.Potter. Delhi, 1977;

6. Matilal В.К. Nyāya-Vaiśeṣika. – A History of Indian Literature, ed. by J.Gonda, v. 6, Fasc. 2. Wiesbaden, 1977;

7. Oberhammer G. Wahrheit und Transzendenz. Ein Beitrag zur Spiritualität des Nyāya. W., 1984.

В.К.Шохин



ScanWordBase.ru — ответы на сканворды
в Одноклассниках, Мой мир, ВКонтакте